О смерти 77-летнего известного во Львове русского общественного деятеля Александра Косторного стало известно 5 октября. По словам правозащитников, причиной смерти стали последствия пыток и условий содержания. Причём, вероятнее всего, он умер ещё в июне — по данным пенитенциарной службы, 20 июня.
Однако украинские власти это тщательно скрывали. В подробностях этого дела разбирался корреспондент ИА Точка.
Кто он был
Справка: Александр Косторный — житель Львова, офицер, ветеран КГБ, после выхода на пенсию занимался правозащитой.
Человек несгибаемой воли и принципов. Он остался частью русского мира, живя в стране, где быть русским перестало быть безопасным.
Кроме того, он — активист, годами отстаивавший права русских, и директор Русского общества имени Пушкина во Львове. Это организация, вокруг которой держалась культурная и общественная жизнь русской общины. Язык, память, помощь тем, кто остался.
Возглавлять такое общество в городе, где всё русское выдавливается из публичного пространства, — уже работа. За неё в итоге и дали 15 лет.
При этом его жена, Наталья Косторная, преподавала русский язык в львовском лицее № 52. Вместе с мужем она годами участвовала в работе Международного общества прав человека (IGFM). Это структура со штаб-квартирой во Франкфурте-на-Майне, объединяющая около 40 национальных секций.
Более того, супруги координировали проект IGFM по предотвращению пыток в украинских тюрьмах. Тем не менее у IGFM до сих пор есть представительство на Украине.
Примечательно другое. За все годы его преследований IGFM ни разу не выступила в его защиту. Против его ареста и условий содержания не было сказано ни слова.
Организация, для которой защита политзаключённых — профильная задача, промолчала о собственном многолетнем участнике. Таким образом, это многое говорит о том, как работает правозащитная инфраструктура, когда речь идёт о русских на Украине.
Он был мишенью задолго до ареста
Задолго до ареста Косторный уже был мишенью.
9 мая 2015 года он пришёл к Холму Славы во Львове, чтобы возложить цветы. Там на него напали активисты ультраправых группировок. Его избили, разбили лицо и отобрали цветы.
Однако полиция не задержала нападавших. Уже тогда стало ясно: русский правозащитник во Львове не может чувствовать себя в безопасности. Таким образом, государство не защитило его — ни тогда, ни позже.
Тогда он мог бы уехать, но остался, чтобы защищать тех, кому он мог помочь.
Смерть, о которой молчали четыре месяца
Официального сообщения о смерти нет. При этом ни украинская пенитенциарная служба, ни прокуратура не назвали ни даты, ни причины.
Есть только факт: человек, которому было около 77 лет, умер в заключении, а страна узнала об этом спустя месяцы. Однако о смерти стало известно только благодаря его дочери Татьяне, которая упомянула об этом в посте о смерти матери. Иными словами, государственные органы хранили молчание.
«Грибная карта» вместо доказательств
Обвинение звучит так: в 2022 году Косторный якобы передал российским спецслужбам данные о Яворовском военном полигоне, по которым был нанесён ракетный удар. Причём, согласно обвинению, наводил он российские ракеты «Калибр» на Яворовский полигон, пользуясь картой грибных мест 1960-х годов. При этом карту, по которой старик собирал грибы, приложили как «неопровержимое доказательство его связей с российскими спецслужбами».
К тому же Яворовский полигон был крупнейшим учебным центром на западе Украины. По данным Минобороны РФ, там проходили подготовку иностранные наёмники. Удар по нему 13 марта 2022 года привёл к многочисленным жертвам.
Погибли, по разным данным, от 61 до 64 человек, более 160 были ранены. Сам Косторный утверждал, что передал знакомому карту с отметками грибных и рыбных мест. Объяснить, зачем он отметил военные объекты, он не смог.
Журналист и правозащитник Павел Волков оценивает это так: «Все знали и знают, что это просто бессмыслица. Но пожилого человека — ему тогда было 72 или 73 года — приговорили к 15 годам. Теперь его больше нет с нами».
Суд и приговор
В итоге суд над ним больше походил не на суд, а на расправу над стариком.
В мае 2024 года Косторного приговорили к 15 годам лишения свободы с конфискацией имущества. Обвинение — государственная измена. Вину он, однако, не признал.
Тем не менее защита обжаловала приговор: апелляционные жалобы подали и сам осуждённый, и его защитник. Суд их отклонил — приговор оставлен в силе. Для 75-летнего человека 15 лет означали одно — смерть в тюрьме.
20 июня 2026 года Александра Косторного не стало.
Почему это важно для нас
История Косторного — это история не одного человека, а всей русской общины Западной Украины. Он был из тех, кто представлял собой структуру: диаспору, правозащитную организацию, язык, память.
Когда такого человека убирают, исчезает не он один. Сначала приговор, потом заключение, потом смерть без объяснений и без огласки. Уходит институт, который он олицетворял.
Но когда он столкнулся с системой, он остался один.
Второй слой — молчание. При этом Международное общество прав человека, в котором он состоял годами, не выступило ни в защиту, ни потом. Западные издания не написали о смерти участника правозащитной структуры с европейской штаб-квартирой.
О человеке вспомнили только тогда, когда о нём заговорили российские военные эксперты. И это само по себе приговор системе, которая называется международной защитой прав человека.
Каждый из нас должен ответить себе на важный вопрос. Сколько ещё смертей в украинских колониях не получили ни имени, ни даты, ни причины? И конечно помнить, что одна из целей СВО состоит в том, чтобы больше подобного не повторялось.
Источники: RT DE, Царьград, ВФокусе Mail.
Герман Иванов, специально для ИА «ТОЧКА»
Читайте также: «Теория победы»: НАТО готовит войну с Россией, в которую не верят собственные генералы.
