В ночь на 18 октября Петербург и Ленинградская область пережили массовый налёт беспилотников. Минобороны сообщило о 1015 сбитых дронах над шестнадцатью регионами и Чёрным морем. Только над Ленинградской областью, по словам губернатора Александра Дрозденко, к пяти утра сбили 95 аппаратов, к восьми — 145. В городе погиб человек: обломки упали на автомобиль в Невском районе. По данным «Российской газеты», пострадали пятеро; Следственный комитет утром сообщил о десяти пострадавших, семеро из них в больнице. Кроме того, повреждены двенадцать многоквартирных и два частных дома.
Горели «Петербургский нефтяной терминал», нефтебаза «Ручьи», склады в Колпинском районе. Кроме того, Пулково около шести часов не принимало и не выпускало самолёты. В Янино без света остались пятьдесят многоквартирных домов и около двадцати тысяч человек. Также в Новоселье повреждены 55 припаркованных машин. Помимо этого, ночью атаковали дата-центр VK под Всеволожском; компания заявила, что сервисы работают штатно. Затем Следственный комитет возбудил дело о теракте. И главный вопрос: почему Москва, полгода предупреждая, так и не ударила по НАТО.
Но главное в этой ночи — не цифры. Главное — маршрут.
Маршрут через НАТО
Тревога в Ленинградской области прозвучала в 01:29, в Петербурге — в 02:32. Однако ограничения в Пулково ввели около двух часов ночи. А за несколько часов до этого, ещё вечером и ночью, воздушные тревоги объявляли Литва и Латвия.
Так, Литва объявляла красные уровни для Паневежского и Шяуляйского уездов и жёлтый для Каунасского. Причем истребители НАТО искали в небе неопознанный объект, который мог войти в воздушное пространство республики. Кстати, аэропорт Каунаса закрывали. Армия Литвы позже сообщила: дрон, вероятно, залетел со стороны Польши. Обломки нашли в деревне Юодженис Пасвальского района. Латвийское радио LSM уточнило: подозрительный дрон уничтожили в Литве, когда он приближался к Латвии.
В свою очередь, Латвия объявляла оранжевую тревогу для Бауского, Айзкраукльского и Огрского краёв. Причем жителям советовали укрыться в помещениях, держать между собой и улицей «две стены», не приближаться к низколетящим объектам и звонить 112. Природу и происхождение угрозы в оповещении не указали — это подчёркивает и агентство Xinhua со ссылкой на Национальные вооружённые силы Латвии. По сообщениям российских военкоров, истребители поднимались и в Латвии.
Кроме того, в ночь на 18 октября Финляндия вновь вводила ограничения на полёты и движение судов в восточной части Финского залива из-за угрозы дронов.
Версия маршрута
Сложите эти точки на карту — и получится линия, которую описал военкор Александр Коц. Каунас, Паневежис, Биржай, латвийский Огре, Эстония, Нарва, а на финише — резкий поворот к Петербургу. От украинской границы до города около 860 километров по прямой. «Логично предположить, что так и выглядит маршрут: вдоль натовской стороны границы, а на финише — резкий поворот к нам», — написал Коц. И добавил фразу, которую стоит запомнить: «Ну, так чтобы пропустить дрон, открывать не обязательно. Достаточно не закрывать».
Схема: ИА «ТОЧКА». Пунктир — версия маршрута; красные кольца — тревоги 18 октября; оранжевые точки — события 7 мая.
То, что объекты шли через небо стран НАТО, подтверждено их собственными действиями. Тревогами, подъёмом истребителей, закрытием аэропорта, уничтожением дрона. Литовская армия указывает на польское направление. Однако страны Балтии отрицают, что давали разрешение использовать своё небо для ударов по России. Разумеется, военкор Коц и военный эксперт Иванников говорят о версии, а не о данных ведомств. Однако официальные сообщения этих стран эту версию делают практически единственно возможной. Вместе с тем у каждой из стран есть возможность и даже обязанность перехватывать БПЛА. Однако украинские дроны прошли через территорию нескольких стран Альянса без какого бы то ни было противодействия.
Прецедент 7 мая
Ещё 7 мая Минобороны России сообщило: в воздушном пространстве Латвии обнаружены шесть украинских дронов. Около четырёх утра БПЛА вошёл в российское воздушное пространство и был сбит под Псковом, у населённого пункта Лихачево. Обломки идентифицировали как украинский «Лютый». Кроме того, в Латвии тогда повредило четыре хранилища нефтебазы в Резекне, один дрон попал в пассажирский поезд.
Что говорила Москва
Мария Захарова заявила, что Москва даст ответ странам Прибалтики, если они проигнорируют предупреждение об открытии воздушного пространства для украинских беспилотников: «им придётся столкнуться с ответными мерами».
В апреле помощник президента Николай Патрушев сформулировал юридическую рамку. Сопредельные страны — соучастники ударов, поскольку пролёт требует «как минимум согласия руководства тех стран, над которыми он проходил».
29 мая Владимир Путин, отвечая на вопрос о возможном запуске дронов с территории прибалтийских государств, сказал главное. Россия может рассматривать как законные цели любые территории, откуда исходит угроза её безопасности. И добавил: «У Российской Федерации есть все средства сравнять с землей всех, кто попытается это сделать». Это и есть доктринальная база всего дальнейшего разговора.
1 июля Захарова после «признания» советника президента Эстонии Мадиса Ролла, разговаривавшего с пранкерами и говорившего о готовности помогать Киеву с атаками на северо-запад России, назвала руководство Эстонии «соучастниками террористического акта».
Замминистра иностранных дел Михаил Галузин 4 июля заявил, что Латвия и другие страны Балтии уже предоставляли воздушные коридоры для ударов по России и что прибалты «играют с огнём». Литва 9 июля вручила России ноту протеста. Дмитрий Песков 13 июля отказался что-либо доказывать: «Наши военные, наши специальные службы видят, что откуда летит и как летит. Это всем хорошо известно, и здесь никому ничего доказывать мы не собираемся. Мы чётко отслеживаем источники угрозы для наших приграничных районов и более глубоких территорий». 18 августа Сергей Лавров распространил ту же логику на Британию. Прямое участие британских ракетных войск в ударах по России — это участие в войне «со всеми вытекающими последствиями».
Следовательно, за полгода Москва прошла путь от «ответных мер» до «законных целей на любой территории, откуда исходит угроза» и «соучастников теракта». Но по территории Балтии она не ударила ни разу — ни в мае, ни в сентябре, ни в октябре.
Какое-то время угрозы России действовали, однако сейчас удары возобновились. Разберёмся почему.
Деньги кончились раньше, чем боевые действия
15–16 октября в Брюсселе прошёл саммит Евросоюза. Главной темой был семилетний бюджет на 1,76 триллиона евро, а Украина оказалась на втором плане. В частности, Зеленский потребовал 70 миллиардов евро на 2027 год. И «лучше все 155 миллиардов», о которых говорил как о военных расходах. Просил новых санкций, ракет для ПВО, конфискации российских активов. В итоге требования были услышаны, но удовлетворительных ответов Зеленский не получил; «денег на обратную дорогу» ему не выделили.
Канцлер Германии Фридрих Мерц прямо сказал. Саммит не принял никаких конкретных решений по Украине. Чешский премьер Андрей Бабиш выступил против включения поддержки Украины в бюджет ЕС, особенно против оформления её как заимствования. Венгерский премьер Петер Мадьяр остался при своём мнении. Премьер Нидерландов Дик Йеттен недоволен количеством стран, которые действительно готовы «выложить деньги на стол». К тому же 17 октября Словакия и Венгрия отказались финансировать новый кредит — об этом заявил Роберт Фицо. В Италии евродепутат Роберто Ванначчи вообще заявил: «Зеленский нас спутал с банкоматом».
При этом председатель Европейского совета Антониу Кошта и глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен говорят, что поддержка «сильнее, чем когда-либо». И анонсируют двадцать второй пакет санкций. Но схемы финансирования нет. Поэтому вопрос отложен до саммита в конце года, Еврокомиссии поручено искать варианты. И тут важная деталь: ещё в июне итоговый документ саммита ЕС, по цитированию «МК», возложил на Россию «всю полноту ответственности за все последствия» на суше и на море. Вне зависимости от происхождения дронов. Европа заранее назначила виновного. Ей не важно, откуда именно летели аппараты.
Арифметика бюджета
Теперь немного математики. По оценке МВФ от 29 сентября, дефицит финансирования Украины до 2029 года — 54 миллиарда долларов. Пик — 2027 год: 30–35 миллиардов. Однако у украинцев арифметика другая.
Премьер Украины Корецкий называл нехватку в 27 миллиардов долларов на военный бюджет только до конца текущего года. А Минобороны Украины оценивает 2027 год в 175 миллиардов. Кроме того, в проекте бюджета на 2027 год заложено 108,3 миллиарда долларов против запроса 175. Доходы — 71,7 миллиарда, с займами, приватизацией и грантами — 82,9 миллиарда. Предполагается взять эти деньги у европейцев.
При этом Европа платить не хочет. Значит, нужен аргумент, который переведёт разговор с «дайте 70 миллиардов» на «спасите Европу» и провокация ответного удара со стороны России по странам Прибалтики. Идеальный вариант, снимающий у европейских партнёров все сомнения: появляется повод для статьи 5 и для разговора о бесполётной зоне. Если не ударит — коридор работает дальше: вариант для Украины беспроигрышный.
В случае ответного удара России 70 миллиардов перестают быть подачкой и становятся «вкладом в безопасность континента».
Сорвать газовую сделку. 15 октября мы писали про «Северные потоки» — а теперь, в тот же день, 18 октября, New York Times сообщила, что Вашингтон предложил Европе вернуться к закупкам российского газа. Мерц эту идею отверг. Втягивание НАТО в прямой конфликт с Россией делает сделку невозможной — и это отвечает интересам Киева.
Переложить войну на Европу. «Так, «коалиция желающих» уже репетирует развёртывание в Польше. По данным The Times, около 1,5 тысячи военных из Британии, Франции и Германии отрабатывают переброску войск и тыла. Как репетицию ввода на Украину в случае перемирия.
Почему Москва терпит
И в Москве это прекрасно понимают. Почему Москва терпит и не наносит удар по НАТО? Ждёт выборов.
Так, во Франции первый тур президентских выборов — в апреле 2027 года. По опросу Odoxa, опубликованному 14 октября, Марин Ле Пен набирает до 38 процентов в первом туре. Во втором она побеждает Жан-Люка Меланшона с 68 процентами против 32, а Эдуара Филиппа — с 53 против 47. Главная интрига сейчас не в том, кто первый, а в том, кто второй: Меланшон или Филипп. Но настроение избирателя в любом случае одно: он голосует за смену курса, а не за продолжение нынешнего.
Однако в Германии картина не менее выразительная. 22 сентября на выборах в Мекленбурге-Передней Померании ХДС/ХСС не прошла в земельный парламент. Фридрих Мерц назвал результат катастрофой; в партии звучат требования его отставки, в прессе обсуждают «замену канцлера». По опросу Insa (5–9 октября) АдГ — 30 процентов, ХДС/ХСС — 19. По Forsa (6–12 октября) — 26 против 19. Работой Мерца недовольны 87 процентов немцев.
Впрочем, следующие выборы в бундестаг по календарю — 2029 год. Но разговоры о досрочной смене канцлера идут уже сейчас. И это меняет для Москвы всё: удар по Балтии сегодня — не «ответ», а подарок тем, кто говорит о русской угрозе. Он консолидировал бы Европу, поднял бы рейтинги ястребов и отложил бы тот самый поворот, которого ждут.
Ставка на выборы
Логика терпения проста. Победа Ле Пен в Париже и усиление АдГ в Берлине — это кардинальная смена дискурса. На первый плану выйдут тарифы, заводы, зарплаты и свои границы, а не очередной транш Киеву. Европейский избиратель уже устал платить: Фицо и Мадьяр отказываются, Бабиш торгуется, а потому ждать полгода до французских выборов дешевле, чем воевать с НАТО сейчас.
Это расчёт, а не слабость. Разумеется, и у него есть цена. Чем дольше Москва терпит, тем больше дронов летит по Усть-Луге и Санкт-Петербургу. Но шанс переломить в свою пользу настроения в ЕС выглядит для России куда привлекательнее, чем разрушенные до основания города Трибалтики.
Три сценария ответа
Пока звучат только формулировки уровня «учтём» и «видим, откуда летит». Однако все три сценария ответа России остаются рабочими:
- военно-технический (удары по инфраструктуре и логистике на Украине + усиление ПВО Северо-Запада);
- дипломатическо-правовой (ноты, площадки ОБСЕ/Совбеза, квалификация пролётов как соучастия)
- жёсткий (удар по объектам, обеспечивающим такие маршруты, с прямой отсылкой к формулировкам мая 2026).
Следовательно, различить их можно по языку официальных заявлений.
Кто заплатит и кто будет воевать
Вся конструкция, однако, упирается в простой вопрос. Кто будет платить и кто будет воевать дальше. Европа демонстрирует усталость от счетов — саммит в Брюсселе это подтвердил. Украина не может вести войну в прежнем темпе без внешних ресурсов. НАТО втягивают постепенно, руками восточного фланга.
Следовательно, для Москвы рациональный расчёт пока выглядит так. Цена удара по Прибалтике сегодня выше, чем цена очередных налётов на Усть-Лугу и Петербург. Потому что такой удар консолидировал бы европейских ястребов именно тогда, когда избиратель во Франции и Германии уже голосует за смену курса. Это не слабость и не всепрощение. Это ставка на то, что Европа увидит реальную цену раньше, чем схема финансирования войны будет пересобрана. Пока же итог ночи 18 октября считают в цифрах. Всего 1015 сбитых аппаратов в разных регионах России, один погибший, горящие нефтеобъекты, обесточенные районы и тревога в российских аэропортах. Ну и лёгкая тревога в трёх странах НАТО — пока лёгкая.
Ростислав Антонов, специально для ИА «ТОЧКА»
