Севморпуть: Европа хочет открыть то, что ей не принадлежит

19 октября глава евродипломатии Кая Каллас заявила The Times. Евросоюз будет добиваться свободного доступа к Северному морскому пути и противостоять России и Китаю. По её словам, Брюссель должен работать вместе с Канадой и США. Цель — чтобы Россия и Китай «не получили полный контроль» над маршрутом. В том, почему Севморпуть заинтересовал ЕС именно сейчас, разбирался корреспондент ИА «ТОЧКА».

Вообще, сама идея залезть в русский Севморпуть, звучит почти как территориальная претензия. Впрочем, юридически Европа не может его «забрать». У неё просто нет прямого доступа. Речь в высказывании евродипломата идёт о другом — попытке оспорить российский режим плавания и получить доступ к маршруту и шельфу.

Что сказала Каллас

В интервью The Times Каллас назвала Севморпуть главной точкой беспокойства Брюсселя. Маршрут позволяет судам проходить из Азии в Европу примерно на треть быстрее, чем через Суэцкий канал. И в какой-то момент может стать основным на фоне нестабильности на Ближнем Востоке. Каллас заявила, что ЕС и страны НАТО будут добиваться, чтобы Севморпуть оставался открытым для всех судов.

Она также подтвердила, что Еврокомиссия представит новую арктическую стратегию во вторник. Предыдущая была в 2021 году. В новой — инвестиции в ледоколы, создание военного центра мониторинга российской активности. И положения о смягчении запрета ЕС на офшорную добычу нефти и газа в Арктике. Расчёт на Норвегию: её шельф может заинтересовать инвесторов и помочь Европе с энергоресурсами.

Bloomberg ранее писал, что ЕС планирует арктическую программу наблюдения с 2027 года на базе спутников Copernicus и Galileo.

Что такое Севморпуть

Северный морской путь — исторически сложившийся транспортный коридор вдоль побережья России в Арктике. Его режим регулируется российским законом 2013 года и правилами плавания. Иностранные суда проходят по разрешению и в сопровождении российских ледоколов. Россия опирается на статью 234 Конвенции ООН по морскому праву. Она даёт прибрежному государству право принимать законы в покрытых льдом районах для защиты окружающей среды.

США и ЕС не признают этот режим частично. Они считают часть акватории международными водами и проливами, где действует свобода судоходства. Формально спор не о территории — о том, кто устанавливает правила: прибрежное государство или «международное сообщество».

ЕС не является прибрежным государством Севморпути. У Брюсселя нет берега к нему примыкающего. Поэтому Европа не может предъявить территориальные претензии. Она может давить на правила, страхование, санкции и требовать «открытости».

Карта: ИА «ТОЧКА». Данные: РГ/ТАСС, 19–20.10.2026.

Что планируют делать

Судя по утечкам в европейских СМИ, стратегия делает ставку на три вещи.

Первое — ледоколы. Каллас ещё в сентябре признавала, что ЕС остро нуждается в ледоколах: их мало, часть устарела. Без ледоколов «свободный доступ» к Арктике остаётся декларацией.

Второе — мониторинг. Военный центр и спутниковая программа должны показывать, что происходит в российском Заполярье. Это политический и разведывательный инструмент.

Третье — энергетика. Смягчение запрета на офшорную добычу в Арктике нужно не для судоходства, а для нефти и газа. Европа пытается решить проблему энергоресурсов за счёт арктического шельфа, в том числе норвежского.

Экономика: третий путь

Севморпуть — не просто короткая дорога. Это альтернатива Суэцу и маршрутам, которые контролирует Запад. Для России это экспортный коридор и рычаг. Для Китая — способ сократить путь в Европу; для Европы — возможность не зависеть от южных маршрутов.

Но маршрут работает не круглый год и требует ледокольного сопровождения. У России есть ледокольный флот и береговая инфраструктура; у Европы — нет. Поэтому «открыть» Севморпуть Европа планирует традиционным способом – оказывая давление на Россию. Впрочем этот способ и раньше не особо помогал, а на что рассчитывает Европа сейчас вообще не понятно.

Военный контекст

В феврале 2026 года Military Watch Magazine сообщал, что НАТО готовит меры по ограничению российского гражданского судоходства в Арктике и Балтике. Официального подтверждения нет, но направление понятно: Запад хочет поставить под сомнение российский контроль над северными коммуникациями.

Сергей Лавров говорил, что НАТО пытается превратить Арктику в полигон конфронтации. Россия отвечает усилением военной инфраструктуры и ужесточением правил нахождения иностранных судов. Ну а дальше как в самозакручивающейся спирали: чем больше в Арктике патрулей и учений, тем выше риск инцидента.

Что это значит

Первое: это попытка проецировать силу с Балтийского направления на Арктику.

Второе: у Европы мало рычагов. Без берега, ледоколов и сопоставимого флота она может давить санкциями, страхованием, инвестициями и политически, но не контролировать маршрут.

Третье: для России это ещё одна линия конфронтации. Севморпуть становится не только экономическим проектом, но и вопросом суверенитета. Если правила плавания оспариваются, Россия будет отвечать усилением контроля и ростом военной составляющей.

Четвёртое: арктическая стратегия ЕС — это попытка сохранить субъектность в регионе, где решают США, Россия, Китай, Канада и скандинавы. Европа хочет быть за столом, даже если у неё нет стула.

Для нас это значит, что Севморпуть перестаёт быть только нашим внутренним экономическим проектом. Севморпуть становится ещё одной точкой напряжённости в отношениях между Россией и ЕС, а следовательно нам так или иначе придётся наращивать и ледокольный флот и военную инфраструктуру. Чем чаще Европа говорит о «свободном доступе», тем важнее для Москвы сохранить контроль над маршрутом. И тем меньше шансов на компромисс.