Двадцать седьмого октября украинская компания HIMERA объявила: её первый спутник OBRIA NANO работает на орбите. Запуск был 1 октября, миссия SpaceX Transporter-18. Аппарат собран вместе с датской GomSpace. Это будет конец зависимости Starlink и начало собственной космосвязи Украины, радуется Киев. (United24). Сможет ли Киев породить собственного Илона Маска, разбирался корреспондент «Точки».
Воспитательные мероприятия
Девятнадцатого октября Зеленский признал: работа терминалов Starlink ограничена. Связь пропадала на скорости 130–161 километр в час, на разных участках фронта. Британская Telegraph тогда же написала, что Киев слишком полагался на Starlink и не готовил альтернативу.
Потом выяснилось, что дело не только в связи. The New York Times сообщила: Уиткофф и Кушнер приехали в Майами и передали требование Трампа. Украина должна прекратить удары по российским нефтеперерабатывающим заводам. Уступок взамен не предложили (подробнее — в материале «Зеленского спросить забыли» от 10 октября).
Когда украинская делегация спросила, что Киев получит за это, американцы ответили: «США и так многое делает для Украины». Участники разговора восприняли это как скрытую угрозу. Киев поначалу не понял и продолжил бить по российским НПЗ, а потом как понял…
Бить по НПЗ перестал, и побежал спутники запускать. Если чужая связь и чужая разведка — рычаг, значит нужна своя.
Два проекта вместо одного
Космосвязь Украины делают сразу два проекта. Первый — OBRIA. Его ведёт HIMERA, украинский производитель связи для беспилотников. Генеральный директор — Миша Рудоминский. Партнёр — датская GomSpace, её возглавляет Карстен Драхман.
Заявка скромная: тестовый аппарат, проверка технологии, покрытие всей Украины в перспективе, снижение зависимости от внешних провайдеров. Следующий этап — локализовать производство спутников и терминалов в Украине.
Второй — UASAT-NANO. Его ведёт STETMAN, основатель Дмитрий Стеценко. Заявка громкая: около 300 аппаратов на орбите высотой примерно 800 километров. Первый — тот же октябрь. Дальше 120 спутников к 2027 году, потом примерно по 100 в год (United24).
Назначение — не коммерческий интернет. Это защищённая связь для госструктур, спецслужб и военных, устойчивая к радиоэлектронной борьбе. Плюс 30–50 тысяч терминалов для ВСУ в 2027 году. Заявку в Международный союз электросвязи подали в декабре 2025-го, в феврале 2026-го сеть появилась в бюллетене.
Связь между OBRIA и UASAT официально не подтверждена. Разные компании, разные заказчики, впрочем, подрядчик у них один — GomSpace. (контракт GomSpace).
Как это уже было
У Украины уже есть опыт «народного спутника». Летом 2022 года фонд Сергея Притулы собрал 600 миллионов гривен на «Байрактары». Восемнадцатого августа Притула объявил: Baykar отдаёт три дрона бесплатно, а деньги пойдут на спутник.
Спутник купили. Точнее, купили аппарат ICEYE — финской компании. За те же 600 миллионов гривен.
Главная деталь: аппарат был запущен в 2021 году. То есть Украина купила уже летающий спутник. Она не построила его, не вывела на орбиту и не стала космической державой.
Польза была сомнительной. Украина и так получала данные со всей спутниковой группировки НАТО, и окно в 15 на 15 километров мало что могло ей добавить. Да и сам спутник как работал на Финляндию, так и продолжил работать. Собственно, в итоге Притула получил множество неприятных вопросов про деньги.
Сейчас обещают примерно то же самое, своей космической инфраструктуры у Украины нет.
Деньги
Начнём с цены аппарата. Крупнейший контракт GomSpace — 18 спутников за 19,5 миллиона евро. Это чуть больше миллиона евро за штуку, уже со сборкой и испытаниями.
Считаем по этой цене: около 324 миллионов евро за всю группировку. С военной нагрузкой и запасом на подорожание — до 400–500 миллионов.
Дальше вывод. SpaceX продаёт место на Transporter от 7 тысяч долларов за килограмм. При массе 10–25 килограммов выходит от трёх до семи с половиной тонн. По этой ставке — от 21 до 52 миллионов долларов, плюс услуги интеграторов.
Дальше земля. Терминалов нужно 30–50 тысяч. Даже по 2–5 тысяч долларов за штуку это 60–250 миллионов. Шлюзовые станции — ещё 10–50 миллионов. Плюс центр управления, интеграция, страховка.
Итого по нашему расчёту: от 450 до 850 миллионов долларов. Для сравнения: Iridium NEXT обошёлся в 3 миллиарда за 75 аппаратов, восемь пусков и наземный сегмент.
То есть украинская сеть — это четверть Iridium при вчетверо большем числе спутников. Дешевле только потому, что аппараты маленькие, а межспутниковых каналов нет.
Инфографика ИА «ТОЧКА». Оценка по контракту GomSpace, тарифу SpaceX Transporter и заявлениям компаний.
Почему не успеют
Производство. Завод GomSpace в Ольборге способен собирать до одного спутника в день. Звучит впечатляюще, пока не посмотреть на очередь: тот же завод только что взял 18 аппаратов для европейского заказчика.
На всю партию нужно минимум 300 рабочих дней выделенной линии. С учётом чужих заказов, локализации и приёмки — два-три года.
Пуски. Transporter летает три–пять раз в год. Триста аппаратов — это два-три пуска, и бронировать место нужно за 12–18 месяцев. Место на ракете не берётся по звонку.
Орбитальные плоскости. На одной плоскости непрерывного покрытия не будет: спутники летят кольцом, и над Украиной они проходят по расписанию. Нужны разные плоскости, а это отдельные пуски и отдельные деньги.
Наземка. Терминалы — это своя линия производства и военная приёмка. Пока нет ни того, ни другого.
Испытания. Один тестовый кубсат проверяют месяцами. На боевую сеть нужна сертификация, частотные согласования и допуск к военным каналам.
Реалистичная картина: первый ограниченный сервис — не раньше 2028–2029 годов, полная группировка — к 2030-му. «120 к 2027» — это четырнадцать месяцев от сегодняшнего дня.
Земля дороже неба
Спутники — самая дешёвая часть космосвязи Украины. Дороже всего то, что остаётся на земле.
Терминалов десятки тысяч. Каждый должен пережить помехи, глушение и потерю сигнала. Военный терминал — не тарелка за двести долларов, а отдельное изделие с защитой и приёмкой.
Шлюзовые станции — стационарные объекты. Их видно, по ним можно бить, их нужно охранять. Это не строчка в смете, а постоянная задача.
Получается, что «железо в небе» — примерно четверть расходов. Остальное — земля, люди и обслуживание.
Кто будет делать
Платформы и сборка — GomSpace, Дания, Ольборг. Серийные компоненты — NECAS. Терминалы и локализация — STETMAN, участок 1200–1300 квадратных метров на Украине.
При этом, нужно учитывать, что строят те, кто сам не смог развернуть свою спутниковую связь. У Дании нет собственной группировки. У Украины нет ни производства, ни пусковой инфраструктуры, ни понимания как это делать.
Значит, сроки поедут. И смета вырастет. Особенно если к деньгам допустят прожорливых украинских партнёров.
Кто заплатит
Двадцать восьмого сентября первый замминистра финансов Украины Роман Ермоличев объяснил, сколько стоит война. В 2027 году — 175 миллиардов долларов. В бюджете заложено 100 миллиардов гривен, это 22,17 миллиарда долларов.
Разрыв — больше 150 миллиардов. Дефицит бюджета — около 57,4 миллиарда. Только оборонный дефицит — 27 миллиардов.
Евросоюз ищет 70 миллиардов евро на следующий год. Ищет не у себя, а у Британии, Канады и Японии. Последние торгуются, обещая выделить миллиард, а значит остается 69. Своих денег у Европы нет.
При подобных обстоятельствах запуск космосвязи Украины выглядит скорее ненаучной фантастикой. Примерно как фиолетовый луч Петлюры в 2019 году.
Герман Иванов, специально для ИА «ТОЧКА»
