В Москве вынесли приговор гражданину США, российскому бизнесмену Юджину Спектору. С его компанией связан ряд примечательных скандалов.
Мосгорсуд приговорил к 15 годам колонии гражданина США Юджина (он же Евгений) Спектора. Экс-топ-менеджера фармацевтической компании VAM и ГК «Медполимерпром». The New York Times уже переживает, что Кремль может использовать его как рычаг при следующем обмене заключенными. Помимо отбывания срока, американцу придется выплатить 14,1 млн рублей штрафа. Небезызвестный в Петербурге бизнесмен обвиняется в шпионаже в пользу Пентагона. Сообщается, что он собирал и передавал за границу биотехнологические и биомедицинские сведения о гражданах России. Далее все эти данные планировались к использованию иностранными спецслужбами для создания системы «высокоскоростного генетического скрининга» россиян.
Звучит, как фабула шпионского триллера. Ведь собранный осужденным материал, по сообщениям ФСБ, представляет собой государственную тайну. Подробностей о том, что именно господин Спектор передал США, не приводится. В специфике этнического шпионажа и «импортозамещающем» прошлом компании, которую возглавлял осужденный, разбиралась «Точка».
Особый код нации
Генетический скрининг — это экспериментальный метод, используемый для идентификации и отбора особей, обладающих фенотипом, представляющим интерес в мутагенизированной популяции. Более доступным языком нашей редакции объяснил биолог Павел Глазков.
У каждого человека есть индивидуальная последовательность ДНК, которая отличает даже детей от их родителей. И сегодня существуют методики, позволяющие достаточно оперативно эту последовательность расшифровать. Одна из них — генетический скрининг. Более того, особым кодом обладают не только отдельные люди, но и целые нации, рассказал эксперт.
«Например, существует так называемая мутация евреев Ашкинази. Это одна из самых распространенных наследственных болезней, которой я в свое время занимался. Описаны тысячи мутаций, которые к ней приводят, свойственные только одной определенной нации. Одну поэтому и назвали в честь евреев Ашкинази, потому что она есть только у них. То есть, условно говоря, если ее находят у вас, значит, вы с большой вероятностью являетесь представителем данного народа», — разъяснил собеседник редакции.
Из этого напрашивается нехитрый вывод: сбор биоматериала Спектор проводил для выявления особенностей ДНК русских. Но возникает следующий вопрос: можно ли полученные в результате генетического скрининга данные использовать не во благо, а против определенного народа? В данном случае, против нашего.
«Как я уже отметил, определенные последовательности ДНК могут отличаться у людей разных национальностей. Например, известна устойчивость к СПИДу у некоторых народов Африки. У них поврежден рецептор, он не активен. Поэтому, когда вирус подходит к клетке, он не может в нее проникнуть. Это говорит о том, что у какого-то народа может быть пониженная или повышенная восприимчивость к тому или иному заболеванию. По всей видимости, это и пытался выяснить шпион», — предположил биолог.
Но вот в чем дело. Биологический материал для скрининга можно получить только при непосредственном сборе лично у человека. Взять его можно из образца крови из вены или слюны из полости рта:
«Есть третий способ. Когда человек сдает кровь из пальца, которая помещается на специальную бумажку. Когда кровь застывает, с этого пятна берут экземпляр и исследуют. Но в любом случае, это все должно происходить с разрешения человека».
«Импортозамещающее» прошлое
И здесь важно напомнить о том, что осужденный Юджин Спектор ранее возглавлял совет директоров петербургской ГК VAM, совладельцем которой, по данным «Коммерсанта», был член координационного совета по развитию фармкластера в Петербурге Марк Балазовский. Оттуда, как заявлял тогда журналистам сам Спектор, он ушел по собственному желанию в 2015-м.
А еще шпион ранее был председателем Совета директоров акционерного общества «Медполимерпром», которое занимается производством медицинского оборудования и инструментов. Тем самым, вокруг которого в 2017 году разгорелся ПВХ-скандал: эта компания оказалась единственной, включенной в «импортозаместительный» реестр Минпромторга и получившей право поставлять государству катетеры и устройства для переливания крови, писали «Ведомости».
Спектор утверждал тогда, что «Медполимерпром» подписал соглашения о сотрудничестве со всеми заинтересованными российскими компаниями, обсуждались проекты по локализации и созданию совместных предприятий. Но уже в 2018 году оказалось, что до нужных госзакупок не дотянуться: анонсированное строительство завода в Подмосковье забуксовало из-за недостаточности средств, сообщал «Коммерсантъ».
В целом же АО «МПП» многократно участвовала в разных гостендерах, но не так уж часто их выигрывала. И нигде не упоминается, задействовано ли было предприятие непосредственно в исследованиях, подразумевающих забор биологического материала у граждан. Как в таком случае американец мог получить к нему доступ? Вопрос остается открытым. Тем не менее, полностью исключать возможное участие Юджина Спектора в так называемом биошпионаже не стоит, считает Глазков.
«Есть информация, что где-то создается оружие конкретно под определенную нацию — бактериальное, вирусное или какое другое. Но утверждать этого я стану, это было бы слишком громким заявлением. На эту тему можно сколько угодно фантазировать. Но вот, что важно отметить: этот человек не просто взял ручку с бумажкой и пошел на улицу проводить какой-нибудь социологический опрос и собирать ДНК. Для этого должна быть лаборатория, какой-то научный центр. Можно допустить, что этому гражданину США, скорее всего, поставили задачу получить данные для чего-то подобного», — поделился мнением с «Точкой» эксперт.
Раз, два, и готово
И тут мы подходим к интересному. Журналисты обратили внимание на то, что с вынесением приговора 48-летнему американцу суд особо не затягивал. На это ушло всего два заседания. В ФСБ столь стремительный ход процесса объяснили тем, что все полученные в результате контрразведывательных и оперативно-розыскных мероприятий данные за время судебного разбирательства «нашли свое подтверждение». Плюс сам Спектор полностью признался в содеянном.
«Процесс над ним проходил не в особом порядке (когда суд не исследует доказательства, а подсудимый вправе рассчитывать на более мягкий срок), а в обычном, однако много времени не занял», — отметили в «Коммерсанте».
Понятно, что всю информацию прессе предоставлять не стали из соображений государственной безопасности, то угроза существовала. Или нет? Скептики тут тоже имеются. Своим мнением с «Точкой» поделился публицист, политолог-американист Михаил Синельников-Оришак.
«Вся эта история носит довольно неоднозначный характер. С одной стороны, сам сбор американцем какого-то генматериала наших граждан наводит на вопросы к работе наших спецслужб. С другой — сейчас не самое лучшее время, чтобы этим заниматься. Кроме того, для этого не обязательно находиться в России. Мало наших граждан, которые живут за пределами страны? Что мешало сделать это с ними за рубежом?» — задался вопросом собеседник редакции.
По его мнению, сама по себе тема создания системы генетического скрининга излишне демонизирована.
«Это определенная страшилка, наподобие грязной бомбы, которая не значит ровным счетом ничего. Это было признано несколько десятилетий назад еще советскими умными людьми в погонах и без. Вне рамок ядерного оружия — это полная ерунда. Израиль, государство, которое вечно озабочено своей безопасностью, в 2015 проводило ряд учений, ставило себя на место потенциальных террористов. Хотели узнать, что будет, если взорвать эти пресловутые грязные бомбы. Строили специальные объекты, смешивали радиоактивные материалы с водой и распыляли их якобы в торговом центре. Выяснилось, что ничего не будет. Ущерб минимальный. То есть от обычной взрывчатки толку больше. Вот и генетический скрининг — это тоже ерунда, только из другой области», — полагает политолог.
По его словам, использование на гражданах генетического оружия маловероятно.
«Любое оружие — химическое или биологическое — очень дорогое и хлопотное дело. Его надо где-то производить, хранить. Оно представляет опасность, даже когда лежит на мирных складах. Сколько говорили про то, что у Башара Асада есть какое-то химическое оружие, которое он якобы применял. Так вот, почему же он не воспользовался им, когда в этом появилась нужда, а вместо этого покинул страну?» — поделился сомнениями Синельников-Оришак.
В общем, в этой истории с биошпионажем больше вопросов, чем ответов. Всего нам, разумеется, не расскажут — гостайна и прочее — однако детали истории уже интересные.
Ранее «Точка» писала о рисках применения химического оружия против России киевским режимом.
Подготовил Ренат Таневский
Подписывайтесь и читайте нас в удобном формате в соцсетях: ВКОНТАКТЕ, ДЗЕН и ТЕЛЕГРАМ
